Субсидиарная ответственность судебных расходов

Субсидиарная ответственность: какие доводы помогут контролирующему должника лицу избежать ее или уменьшить размер?

Материал для подписчиков издания «ЭЖ-Юрист». Для оформления подписки на электронную версию издания перейдите по ссылке.

ЭЖ-Юрист

Российская правовая газета, издается с 1998 года. Освещает новости законодательства, практику применения законов и нормативных актов, судебную практику по различным отраслям права, предлагает аналитику наиболее актуальных вопросов правоприменения, отвечает на вопросы читателей.

Периодичность выхода: еженедельно, 50 номеров в год. Объем: 16 полос.

Источник: http://www.eg-online.ru/article/412693/

КС РФ пояснил, когда налоговые органы не вправе взыскивать судебные расходы и расходы на вознаграждение арбитражному управляющему только с директора компании-банкрота

Налоговики часто инициируют банкротство компаний. Причем независимо от того, хватит имущества банкрота для погашения судебных расходов или нет. Практика сложилась таким образом, что налоговые органы потом взыскивают судебные расходы с директоров. КС РФ высказался против такого подхода в постановлении от 05.03.2019 № 14-П. При взыскании судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему в качестве убытков налогового органа, инициировавшего дело о банкротстве, суд должен установить все элементы состава гражданского правонарушения, совершенного руководителем должника, а также оценить разумность и осмотрительность действий лиц, которые повлияли на возникновение и размер расходов по делу о банкротстве. То есть действий руководителя должника, иных контролирующих должника лиц, уполномоченного органа, арбитражного управляющего и других.

КС РФ опубликовал постановление от 05.03.2019 № 14-П в связи с жалобой гражданина В.А. Нужина. В нем он пояснил, что не всегда налоговый орган, инициировавший банкротство компании, вправе требовать все судебные расходы и расходы на вознаграждение арбитражному управляющему с директора, который не подал заявление о банкротстве.

Суть спора

Налоговый орган подал в арбитражный суд заявление о признании компании банкротом. Такое заявление должен был подать ее директор, но он этого не сделал. Суд признал компанию банкротом. После окончания конкурсного производства непогашенными остались почти 3,7 млн руб. задолженности. Вознаграждение арбитражному управляющему было выплачено лишь частично. У банкрота не оказалось имущества, за счет которого можно было бы возместить расходы по делу о банкротстве и вознаграждение арбитражному управляющему за три года в размере 656 000 руб. Поэтому арбитражный управляющий потребовал эту сумму с налогового органа как с заявителя по делу о банкротстве. Суд удовлетворил его заявление. После этого взысканную сумму налоговый орган потребовал с руководителя компании-банкрота. Первая инстанция и апелляция удовлетворили это требование. В передаче дела в кассационную инстанцию было отказано.

Рассмотрение дела в КС РФ

Бывший директор должника обратился в КС РФ. Он требовал проверить на соответствие Конституции РФ ст. 15, п. 1 ст. 200 и ст. 1064 ГК РФ, подп. 14 п. 1 ст. 31 НК РФ, абз. 2 п. 1 ст. 9, п. 1 ст. 10 и п. 3 ст. 59 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве). Представитель заявителя отмечал в КС РФ, что у директора компании-банкрота не было юридического образования, он имел только опыт в строительстве и был назначен на должность директора в период, когда в компании уже имелись проблемы, о чем он не знал. Также суды, взыскивая с директора судебные расходы, применили нормы не о субсидиарной ответственности лиц, на которых возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления о банкротстве, а о возмещении убытков по ст. 15 ГК РФ. Еще представитель настаивал на незаконности такого подхода, когда налоговики инициируют банкротство, зная, что имущества не хватит. Получается, что налоговые органы подают заявление на банкротство компании, несколько лет судятся, а потом возлагают судебные расходы на руководителя должника. При этом самого директора к рассмотрению дела не привлекают, он не может влиять на его рассмотрение и предвидеть судебные расходы.

Как можно пять лет вести процедуру банкротства, каждый раз продлевая срок конкурсного производства? И налоговая служба при этих продлениях никак не возражает, не просит остановить это производство и никак не оценивает работу самого арбитражного управляющего А потом нашелся такой инноватор, который говорит: «А давайте мы эти расходы возложим на руководителя должника».

Запись выступления представителя заявителя на www.ksrf.ru.

Субсидиарная ответственность

За нарушение обязанности подать заявление о признании компании банкротом предусмотрена субсидиарная ответственность лиц, на которых возложена такая обязанность. При этом расходы, необходимые для проведения процедур банкротства, не учитываются при определении размера субсидиарной ответственности руководителя должника (п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Таким образом, специально закрепленная законодательством о банкротстве субсидиарная ответственность, выступающая следствием неисполнения руководителем должника обязанности подать заявление должника в суд, предусмотрена лишь по обязательствам должника, возникшим в указанный период.

В то же время ситуация, когда с заявлением о банкротстве должен был обратиться руководитель, но из-за того, что он этого не сделал, инициировать банкротство пришлось налоговому органу, может создавать формальные предпосылки для привлечения к гражданско-правовой ответственности руководителя должника. Хотя сам по себе факт замещения должности руководителя компании должника не может расцениваться как безусловно подтверждающий противоправность и виновность его поведения. Возникновение у налогового органа расходов, связанных с делом о банкротстве, не может автоматически признаваться следствием противоправного поведения руководителя должника. В частности, неподача руководителем должника заявления о банкротстве может быть обусловлена конкретными обстоятельствами деятельности компании.

Читайте так же:  Жалоба на апелляционное определение городского суда

То, что вся ответственность за неподачу заявления должника не может в любом случае возлагаться исключительно на его руководителя, фактически признал и законодатель. В частности, в 2017 г. в ст. 9 Закона о банкротстве появился п. 31 об обязанности иных контролирующих должника лиц подать заявление о признании его банкротом в случае, если такое заявление не было подано руководителем.

Исходя из этого, КС РФ указал, что нельзя все убытки в виде судебных расходов автоматически перекладывать только на директора.

Обязанность налогового органа подать на банкротство

При неисполнении должником обязанности по подаче заявления на банкротство налоговый орган принимает решение о направлении такого заявления в суд самостоятельно. Об этом сказано в постановлении Правительства РФ от 29.05.2004 № 257 «Об обеспечении интересов Российской Федерации как кредитора в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве». Но это не значит, что налоговый орган обязан подавать заявление о банкротстве в любом случае, то есть даже когда очевидно, что имущества должника недостаточно для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. Процедура банкротства не должна возбуждаться лишь для формальной реализации функции налогового органа.

Таким образом, налоговый орган вправе отказаться от обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом, если такое обращение не приведет к должному экономическому эффекту и лишь вызовет напрасные расходы. При этом если налоговый орган заявил о наличии у компании имущества, достаточного для погашения расходов по делу, но это не подтвердилось, то суд должен учитывать факты несоответствия инициирования процедуры банкротства требованиям разумности и осмотрительности.

Также КС РФ отметил, что неисполнение руководителем должника обязанности подать заявление о признании должника банкротом в суд само по себе еще не влечет неизбежных расходов налогового органа. Возникновение таких расходов связано как с инициативным поведением самого этого органа, адекватностью оценки им финансового состояния должника, так и с действиями и решениями иных лиц, в том числе арбитражного управляющего. Поэтому оценку достаточности имущества должника для покрытия расходов по делу о банкротстве — как на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом, так и в ходе рассмотрения дела (и прежде всего в процедуре наблюдения), должен проводить не только заявитель по делу, но и суд, а также арбитражный управляющий. Это можно расценивать как меру, призванную не допустить возникновения убытков, в том числе при обращении уполномоченного органа, у РФ, в связи с процедурой банкротства.

Соответственно, возложение таких убытков в полном объеме на руководителя банкрота, если они возникли (увеличились) из-за ненадлежащих действий (бездействия) других лиц, не отвечало бы критериям справедливости и соразмерности. Без исследования обстоятельств, подтверждающих или опровергающих разумность и осмотрительность действий (бездействия) всех лиц, которые повлияли на возникновение и размер расходов по делу о банкротстве (самого руководителя должника, иных контролирующих должника лиц, уполномоченного органа, арбитражного управляющего и других), невозможно однозначно установить, что возникновение убытков у налогового органа связано исключительно с противоправным поведением руководителя должника, которое выразилось в неподаче заявления о признании должника банкротом.

Принять к сведению

На следующий день после принятия КС РФ постановления от 05.03.2019 № 14-П Президиум ВС РФ утвердил документ под названием «Отдельные вопросы, связанные с применением Закона о банкротстве». В нем есть в том числе ответы на вопросы, связанные с взысканием судебных расходов с директора налоговым органом, который инициировал банкротство компании.

Если уполномоченный орган не приложил к заявлению о признании компании банкротом доказательства, подтверждающие наличие имущества для покрытия расходов по делу о банкротстве или вероятность обнаружения такого имущества, то суд должен оставить заявление без движения с последующим возвращением. Документами, подтверждающими отсутствие денег для возмещения расходов, могут быть:

акты пристава о невозможности взыскания по основаниям, предусмотренным подп. 3 и 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»;

справки налогового органа об отсутствии у него сведений об имуществе должника, полученных в порядке межведомственного информационного взаимодействия из Росреестра и т.д.;

выписки по операциям на счетах, по вкладам (депозитам) организаций в банках, справки о переводах электронных денежных средств, указывающие на отсутствие остатка по счетам и несовершение по ним операций в течение длительного времени;

сведения о непредставлении организацией бухгалтерской или налоговой отчетности.

Если в деле имеются такие документы, а уполномоченный орган не представил доказательства, обосновывающие обратное, суд вернет заявление о признании должника банкротом. В мотивировочной части определения он укажет в качестве основания для возвращения отсутствие средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение банкротства. Если отсутствие имущества обнаружится после принятия к производству заявления о признании должника банкротом, суд вынесет определение о прекращении производства по делу.

Принятие определения о возвращении заявления уполномоченного органа о признании компании банкротом или о прекращении производства по делу о банкротстве, возбужденному по заявлению уполномоченного органа (из-за отсутствия денег), является самостоятельным основанием для признания недоимки, задолженности по пеням и штрафам безнадежными к взысканию. Суды должны учитывать, что такое списание задолженности само по себе не препятствует последующей подаче налоговым органом в общеисковом порядке заявления о привлечении лица, контролирующего должника, к ответственности по списанным обязательствам и не может служить единственным основанием для исключения списанной задолженности из общего размера ответственности контролирующего лица.

Кроме того, если после возвращения такого заявления будут выявлены скрываемое имущество должника или иные обстоятельства, указывающие на возможность поступления имущества в собственность должника (например, посредством фактического получения имущества через процедуру оспаривания сделок), которые не были и не могли быть достоверно известны уполномоченному органу, по его заявлению определение о возвращении заявления (о прекращении производства по делу) может быть пересмотрено по вновь открывшимся обстоятельствам.

Читайте так же:  Морального вреда зависеть

Источник: http://www.eg-online.ru/article/395524/

ВС объяснил, почему субсидиарная ответственность передаётся по наследству

Верховный суд допустил субсидиарную ответственность наследников в деле о несостоятельности «Амурского продукта» (№ А04-7886/2016). Такого решения добилась компания «РН-Востокнефтепродукт» – «дочка» «Роснефти». Она требовала взыскать 273,4 млн руб. долгов предприятия с контролирующих лиц: бывшего руководителя должника Степана Руденко и ООО «Машина» в полном объёме, с Виктории Стоюковой в пределах 60 млн руб., а также c наследников бывшего замгендиректора Михаила Шефера – в пределах наследственной массы.

Требования объяснялись тем, что в 2015 году «Амурский продукт», занимавшийся хранением нефтепродуктов, не обеспечил их сохранность. Партия исчезла по вине Шефера, как рассказывали свидетели в суде первой инстанции. В отношении него возбудили уголовное дело по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК («Кража в особо крупном размере»). Но в ноябре 2015-го Шефер погиб в автокатастрофе. У него остались жена Наталья и сыновья Платон и Тимур. С них и хотел взыскать убытки «РН-Востокнефтепродукт».

Но суды привлекли к ответственности только Руденко. В остальной части они отклонили требования, в том числе отказались взыскивать убытки с наследников замгендиректора Шефера. Ведь субсидиарную ответственность перед кредитором за взыскание убытков нельзя рассматривать как деликтную (общую ответственность из причинения вреда). Она является дополнительной по смыслу ст. 399 ГК («Субсидиарная ответственность») и неразрывно связана с личностью контролирующего лица, а значит, «не передаётся» по наследству, решили суды. Ведь наказывают за «активные виновные действия», за которые не может отвечать иное лицо. АС Дальневосточного округа подтвердил правоту такого подхода.

«Субсидиарка» остаётся

Но с этим не согласилась экономколлегия. Она заключила, что долг из субсидиарной ответственности подчиняется такому же режиму, что и задолженность из других деликтных обязательств. Он не имеет неразрывной связи с личностью и переходит наследникам в общем порядке – в пределах наследственной массы, то есть с учётом имущества, указала тройка судей под председательством Екатерины Корнелюк. Иначе можно было бы передавать наследникам имущество, добытое незаконно за счёт кредиторов, под защитой иммунитета от притязаний, а это несправедливо, говорится в определении № 303-ЭС19-15056.

При этом не имеет значения, когда был подан иск о привлечении к субсидиарной ответственности (до или после смерти контролирующего лица). Даже если об этом долго ничего неизвестно на момент открытия наследства, это не мешает его взыскать, ведь это риск, отметила экономколлегия. В то же время наследникам для судебной защиты может понадобиться объяснять причины управленческих решений наследодателя. Это сложная задача, учитывая, что он умер. На этот случай экономколлегия указала судам «оказывать содействие в получении доказательств».

Кроме того, по мнению ВС, нижестоящие инстанции ошибочно применили к спорным отношениям ст. 399 ГК, ведь там идёт речь о дополнительной ответственности. Но «субсидиарка» по закону о банкротстве является самостоятельной (основной) ответственностью контролирующего лица за нарушение обязанности действовать добросовестно и разумно по отношению к кредиторам.

Риски наследников

ВС впервые высказался по этому вопросу и занял сторону кредиторов. Наследники будут отвечать за ущерб, который наследодатель причинил кредиторам, даже если они не знали об этом на момент принятия наследства. Раньше судебная практика в основном придерживалась противоположного подхода, говорят сразу несколько юристов. Одно из исключений – определение АС Московского округа по делу № А40-194131/2014, в котором он изложил ту же точку зрения, что и экономколлегия Верховного суда.

Она справедливо определила критерии установления ответственности, считает Ирина Зимина из Инфралекс Инфралекс Федеральный рейтинг группа Антимонопольное право группа Банкротство группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Транспортное право группа Цифровая экономика группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Интеллектуальная собственность группа Коммерческая недвижимость/Строительство группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Налоговое консультирование группа Налоговые споры 4 место По выручке на юриста (Больше 30 Юристов) 6 место По выручке 15 место По количеству юристов × . Но ответчиками по таким спорам будут в основном жёны, дети и родители наследодателя – это очевидно более слабая и не самая информированная сторона в споре. По словам Зиминой, этим могут пользоваться другие контролирующие лица. Например, скрывать или искажать сведения, чтобы переложить всю ответственность на умершего наследодателя.

В суде наследники должны будут опровергать презумпции вины наследодателя и предъявлять доказательства, что он не виноват. В этом придётся сложно. Их право на судебную защиту явно ограничено, отмечает партнёр Art de Lex Art de Lex Федеральный рейтинг группа Антимонопольное право группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Коммерческая недвижимость/Строительство группа Природные ресурсы/Энергетика группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Банкротство группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Финансовое/Банковское право × Ольга Савина. «Боюсь, им не очень поможет даже указание ВС, чтобы суды оказывали содействие в получении доказательств», – говорит Савина. Видно, что этим указанием о содействии экономколлегия хотела уравновесить многочисленные презумпции, анализирует советник Saveliev, Batanov & Partners Saveliev, Batanov & Partners Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) Профайл компании × Радик Лотфуллин. Но она не «отключила» действие презумпций для наследников. «Это можно сделать только на законодательном уровне», – заключает Лотфуллин.

Максимальный срок привлечения к субсидиарной ответственности – 10 лет со дня, когда имели место виновные действия контролирующего лица.

Источник: http://pravo.ru/story/217148/

Верховный Суд РФ изменил практику о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя организации по её долгам.

Новое толкование закона, данное Президиумом Верховного Суда РФ является важным прежде всего для руководителей организаций, так как они могут быть привлечены к ответственности по крупным долгам своей организации.

Ранее на нашем сайте, подробно затрагивалась тема о привлечении руководителя организации к субсидиарной ответственности по причине несвоевременной подачи заявления в арбитражный суд о признании организации — должника банкротом, которой он руководит. Из сложившейся судебной практики в арбитражных судах следовало, что привлечь руководителя организации к субсидиарной ответственности на основании п. 2 ст. 10 Закона о несостоятельности (банкротстве) фактически было невозможно. Были приведены в обоснование данной позиции судебные акты арбитражных судов округа, в том числе определения Верховного Суда РФ.

Читайте так же:  Госпошлина в суд апелляционная жалоба сумма

Верховный Суд РФ в «Обзоре судебной практики № 2 (2016 г.), утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ существенно изменил толкование норм и практику применения п. 2 ст. 10 Закона о несостоятельности (банкротстве). Верховный суд дал толкование, что презюмируется вина и основание для привлечения руководителя организации по её долгам в деле о банкротстве. Высшая судебная инстанция раскрыла подробные критерии для привлечения руководителей организации к субсидиарной ответственности.

Адвокат, Александр Ватолин.

Видео (кликните для воспроизведения).

«Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016)

  1. Практика применения положений законодательства о Банкротстве.
  1. В силу п. 2 ст. 10 Закона о несостоятельности (банкротстве) презюмируется наличие причинно-следственной связи между противоправным и виновным бездействием руководителя организации в виде неподачи заявления о признании должника банкротом и вредом, причиненным кредиторам организации из-за невозможности удовлетворения возросшей перед ними задолженности.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества налоговый орган обратился в суд с заявлением о привлечении на основании п. 2 ст. 10 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по непогашенным должником обязательным платежам.

Заявитель ссылался на то, что в период, в который образовалась недоимка, общество отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, поэтому руководитель должен был подать в суд заявление о признании общества несостоятельным (банкротом). Эта обязанность не была им исполнена. Дело о банкротстве общества возбуждено через год по заявлению конкурсного кредитора.

Удовлетворяя требование уполномоченного органа о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций признали его бездействие неправомерным.

Отменяя судебные акты нижестоящих судов, арбитражный суд округа указал на то, что возникновение обязанности общества по уплате обязательных платежей не обусловлено противоправным бездействием руководителя, выразившемся в неподаче в арбитражный суд в срок до заявления о признании общества банкротом, а вызвано объективными обстоятельствами — наличием налогооблагаемой базы по налогу на добавленную стоимость (операций по реализации товаров (работ, услуг)) и объекта обложения страховыми взносами (выплат в пользу работников общества в рамках трудовых отношений). В связи с этим арбитражный суд округа пришел к выводу об отсутствии причинно­-следственной связи между допущенным руководителем нарушением (его неправомерным бездействием) и негативными последствиями в виде неперечисления должником в бюджет и государственные внебюджетные фонды обязательных платежей.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила названные судебные акты и направила дело на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Исходя из положений ст. 10 ГК РФ, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

При этом из содержания п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве следует, что предусмотренная этой нормой субсидиарная ответственность руководителя распространяется в равной мере как на денежные обязательства, возникающие из гражданских правоотношений, так и на обязанности по уплате обязательных платежей.


Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (п. 1 ст. 5, ст. 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

  • возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве;
  • момент возникновения данного условия;
  • факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;
  • объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.
Читайте так же:  Размер госпошлины на право собственности квартиры

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Источник: Официальный сайт Верховного Суда РФ.

Источник: http://zakon-sud.com/verhovnyj-sud-rf-izmenil-praktiku-o-privlechenii-k-subsidiarnoj-otvetstvennosti-rukovoditelya-organizatsii-po-eyo-dolgam.html

КС РФ пояснил, когда налоговые органы не вправе взыскивать судебные расходы и расходы на вознаграждение арбитражному управляющему только с директора компании-банкрота

Налоговики часто инициируют банкротство компаний. Причем независимо от того, хватит имущества банкрота для погашения судебных расходов или нет. Практика сложилась таким образом, что налоговые органы потом взыскивают судебные расходы с директоров. КС РФ высказался против такого подхода в постановлении от 05.03.2019 № 14-П. При взыскании судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему в качестве убытков налогового органа, инициировавшего дело о банкротстве, суд должен установить все элементы состава гражданского правонарушения, совершенного руководителем должника, а также оценить разумность и осмотрительность действий лиц, которые повлияли на возникновение и размер расходов по делу о банкротстве. То есть действий руководителя должника, иных контролирующих должника лиц, уполномоченного органа, арбитражного управляющего и других.

КС РФ опубликовал постановление от 05.03.2019 № 14-П в связи с жалобой гражданина В.А. Нужина. В нем он пояснил, что не всегда налоговый орган, инициировавший банкротство компании, вправе требовать все судебные расходы и расходы на вознаграждение арбитражному управляющему с директора, который не подал заявление о банкротстве.

Суть спора

Налоговый орган подал в арбитражный суд заявление о признании компании банкротом. Такое заявление должен был подать ее директор, но он этого не сделал. Суд признал компанию банкротом. После окончания конкурсного производства непогашенными остались почти 3,7 млн руб. задолженности. Вознаграждение арбитражному управляющему было выплачено лишь частично. У банкрота не оказалось имущества, за счет которого можно было бы возместить расходы по делу о банкротстве и вознаграждение арбитражному управляющему за три года в размере 656 000 руб. Поэтому арбитражный управляющий потребовал эту сумму с налогового органа как с заявителя по делу о банкротстве. Суд удовлетворил его заявление. После этого взысканную сумму налоговый орган потребовал с руководителя компании-банкрота. Первая инстанция и апелляция удовлетворили это требование. В передаче дела в кассационную инстанцию было отказано.

Рассмотрение дела в КС РФ

Бывший директор должника обратился в КС РФ. Он требовал проверить на соответствие Конституции РФ ст. 15, п. 1 ст. 200 и ст. 1064 ГК РФ, подп. 14 п. 1 ст. 31 НК РФ, абз. 2 п. 1 ст. 9, п. 1 ст. 10 и п. 3 ст. 59 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве). Представитель заявителя отмечал в КС РФ, что у директора компании-банкрота не было юридического образования, он имел только опыт в строительстве и был назначен на должность директора в период, когда в компании уже имелись проблемы, о чем он не знал. Также суды, взыскивая с директора судебные расходы, применили нормы не о субсидиарной ответственности лиц, на которых возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления о банкротстве, а о возмещении убытков по ст. 15 ГК РФ. Еще представитель настаивал на незаконности такого подхода, когда налоговики инициируют банкротство, зная, что имущества не хватит. Получается, что налоговые органы подают заявление на банкротство компании, несколько лет судятся, а потом возлагают судебные расходы на руководителя должника. При этом самого директора к рассмотрению дела не привлекают, он не может влиять на его рассмотрение и предвидеть судебные расходы.

Как можно пять лет вести процедуру банкротства, каждый раз продлевая срок конкурсного производства? И налоговая служба при этих продлениях никак не возражает, не просит остановить это производство и никак не оценивает работу самого арбитражного управляющего А потом нашелся такой инноватор, который говорит: «А давайте мы эти расходы возложим на руководителя должника».

Запись выступления представителя заявителя на www.ksrf.ru.

Субсидиарная ответственность

За нарушение обязанности подать заявление о признании компании банкротом предусмотрена субсидиарная ответственность лиц, на которых возложена такая обязанность. При этом расходы, необходимые для проведения процедур банкротства, не учитываются при определении размера субсидиарной ответственности руководителя должника (п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Таким образом, специально закрепленная законодательством о банкротстве субсидиарная ответственность, выступающая следствием неисполнения руководителем должника обязанности подать заявление должника в суд, предусмотрена лишь по обязательствам должника, возникшим в указанный период.

В то же время ситуация, когда с заявлением о банкротстве должен был обратиться руководитель, но из-за того, что он этого не сделал, инициировать банкротство пришлось налоговому органу, может создавать формальные предпосылки для привлечения к гражданско-правовой ответственности руководителя должника. Хотя сам по себе факт замещения должности руководителя компании должника не может расцениваться как безусловно подтверждающий противоправность и виновность его поведения. Возникновение у налогового органа расходов, связанных с делом о банкротстве, не может автоматически признаваться следствием противоправного поведения руководителя должника. В частности, неподача руководителем должника заявления о банкротстве может быть обусловлена конкретными обстоятельствами деятельности компании.

То, что вся ответственность за неподачу заявления должника не может в любом случае возлагаться исключительно на его руководителя, фактически признал и законодатель. В частности, в 2017 г. в ст. 9 Закона о банкротстве появился п. 31 об обязанности иных контролирующих должника лиц подать заявление о признании его банкротом в случае, если такое заявление не было подано руководителем.

Исходя из этого, КС РФ указал, что нельзя все убытки в виде судебных расходов автоматически перекладывать только на директора.

Обязанность налогового органа подать на банкротство

При неисполнении должником обязанности по подаче заявления на банкротство налоговый орган принимает решение о направлении такого заявления в суд самостоятельно. Об этом сказано в постановлении Правительства РФ от 29.05.2004 № 257 «Об обеспечении интересов Российской Федерации как кредитора в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве». Но это не значит, что налоговый орган обязан подавать заявление о банкротстве в любом случае, то есть даже когда очевидно, что имущества должника недостаточно для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. Процедура банкротства не должна возбуждаться лишь для формальной реализации функции налогового органа.

Читайте так же:  Возражение на ходатайство об истребовании доказательств

Таким образом, налоговый орган вправе отказаться от обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом, если такое обращение не приведет к должному экономическому эффекту и лишь вызовет напрасные расходы. При этом если налоговый орган заявил о наличии у компании имущества, достаточного для погашения расходов по делу, но это не подтвердилось, то суд должен учитывать факты несоответствия инициирования процедуры банкротства требованиям разумности и осмотрительности.

Также КС РФ отметил, что неисполнение руководителем должника обязанности подать заявление о признании должника банкротом в суд само по себе еще не влечет неизбежных расходов налогового органа. Возникновение таких расходов связано как с инициативным поведением самого этого органа, адекватностью оценки им финансового состояния должника, так и с действиями и решениями иных лиц, в том числе арбитражного управляющего. Поэтому оценку достаточности имущества должника для покрытия расходов по делу о банкротстве — как на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом, так и в ходе рассмотрения дела (и прежде всего в процедуре наблюдения), должен проводить не только заявитель по делу, но и суд, а также арбитражный управляющий. Это можно расценивать как меру, призванную не допустить возникновения убытков, в том числе при обращении уполномоченного органа, у РФ, в связи с процедурой банкротства.

Соответственно, возложение таких убытков в полном объеме на руководителя банкрота, если они возникли (увеличились) из-за ненадлежащих действий (бездействия) других лиц, не отвечало бы критериям справедливости и соразмерности. Без исследования обстоятельств, подтверждающих или опровергающих разумность и осмотрительность действий (бездействия) всех лиц, которые повлияли на возникновение и размер расходов по делу о банкротстве (самого руководителя должника, иных контролирующих должника лиц, уполномоченного органа, арбитражного управляющего и других), невозможно однозначно установить, что возникновение убытков у налогового органа связано исключительно с противоправным поведением руководителя должника, которое выразилось в неподаче заявления о признании должника банкротом.

Принять к сведению

На следующий день после принятия КС РФ постановления от 05.03.2019 № 14-П Президиум ВС РФ утвердил документ под названием «Отдельные вопросы, связанные с применением Закона о банкротстве». В нем есть в том числе ответы на вопросы, связанные с взысканием судебных расходов с директора налоговым органом, который инициировал банкротство компании.

Если уполномоченный орган не приложил к заявлению о признании компании банкротом доказательства, подтверждающие наличие имущества для покрытия расходов по делу о банкротстве или вероятность обнаружения такого имущества, то суд должен оставить заявление без движения с последующим возвращением. Документами, подтверждающими отсутствие денег для возмещения расходов, могут быть:

акты пристава о невозможности взыскания по основаниям, предусмотренным подп. 3 и 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»;

справки налогового органа об отсутствии у него сведений об имуществе должника, полученных в порядке межведомственного информационного взаимодействия из Росреестра и т.д.;

выписки по операциям на счетах, по вкладам (депозитам) организаций в банках, справки о переводах электронных денежных средств, указывающие на отсутствие остатка по счетам и несовершение по ним операций в течение длительного времени;

сведения о непредставлении организацией бухгалтерской или налоговой отчетности.

Если в деле имеются такие документы, а уполномоченный орган не представил доказательства, обосновывающие обратное, суд вернет заявление о признании должника банкротом. В мотивировочной части определения он укажет в качестве основания для возвращения отсутствие средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение банкротства. Если отсутствие имущества обнаружится после принятия к производству заявления о признании должника банкротом, суд вынесет определение о прекращении производства по делу.

Принятие определения о возвращении заявления уполномоченного органа о признании компании банкротом или о прекращении производства по делу о банкротстве, возбужденному по заявлению уполномоченного органа (из-за отсутствия денег), является самостоятельным основанием для признания недоимки, задолженности по пеням и штрафам безнадежными к взысканию. Суды должны учитывать, что такое списание задолженности само по себе не препятствует последующей подаче налоговым органом в общеисковом порядке заявления о привлечении лица, контролирующего должника, к ответственности по списанным обязательствам и не может служить единственным основанием для исключения списанной задолженности из общего размера ответственности контролирующего лица.

Кроме того, если после возвращения такого заявления будут выявлены скрываемое имущество должника или иные обстоятельства, указывающие на возможность поступления имущества в собственность должника (например, посредством фактического получения имущества через процедуру оспаривания сделок), которые не были и не могли быть достоверно известны уполномоченному органу, по его заявлению определение о возвращении заявления (о прекращении производства по делу) может быть пересмотрено по вновь открывшимся обстоятельствам.

Источник: http://www.eg-online.ru/article/395524/

Субсидиарная ответственность: какие доводы помогут контролирующему должника лицу избежать ее или уменьшить размер?

Материал для подписчиков издания «ЭЖ-Юрист». Для оформления подписки на электронную версию издания перейдите по ссылке.

ЭЖ-Юрист

Российская правовая газета, издается с 1998 года. Освещает новости законодательства, практику применения законов и нормативных актов, судебную практику по различным отраслям права, предлагает аналитику наиболее актуальных вопросов правоприменения, отвечает на вопросы читателей.

Периодичность выхода: еженедельно, 50 номеров в год. Объем: 16 полос.

Видео (кликните для воспроизведения).

Источник: http://www.eg-online.ru/article/412693/

Субсидиарная ответственность судебных расходов
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here